Армяне России

Бедрос Киркоров: «Я армянин, и этим горжусь!»

Во время встречи на одном из мероприятий посвящённых празднованию 20-летию Республики Армения, Бедрос Киркоров на мой вопрос относительно его армянских корней любезно пригласил корреспондента САР к себе в гости, пообещав рассказать обо всём подробно.

Певец с почти полувековой карьерой не только в Болгарии, но и большей частью в России, получил в 1992 году звание заслуженного артиста России – уникальный в своем роде случай, ибо никому еще из граждан иностранного государства не удавалось этого добиться. Но с легкой руки Бориса Ельцина это стало возможным. Со многими удивительными людьми сводила судьба Бедроса Филипповича: с А.Хачатуряном, А.Бабаджаняном, Б.Покровским, Ю.Силантьевым, Э.Рознером, Л.Утесовым и многими другими известными людьми. Всех их он вспоминает с благодарностью. Армяне и Армения, любовь и дружба, привычки и традиции – об этом и многом другом поделился в интервью с корреспондентом САР известный тенор.

- Бедрос Филиппович, спасибо, что Вы пригласили к себе в эту просторную уютную квартиру...

- …Это квартира Филиппа, а я живу в Великом Новгороде (на родине второй супруги, кстати, в г.Холм строится церковь-часовня близ памятника известному герою русско-турецкой войны командиру болгарских ополченцев родом из г.Холм подполковнику Павлу Калитину). В Москве часто бываю: так, в начале октября были и армянский концерт, и небольшая операция на позвоночнике, и презентация альбома Филлипа «ДруGoy» вместе с открытием его бутика Phill4You...

- Впечатляет… Вы гордитесь своим сыном, не так ли? Он достиг большого успеха, и началось это ещё в детстве, ведь он окончил школу с золотой медалью…

- Да, он у меня именно «золотой мальчик»! Он единственный, кто здесь, в Ждановском районе, окончил школу с отличием. Он своими руками делал игрушки… Вообще в детстве мы с ним не знали проблем.

- А есть ли нарекания к нему, например, в плане того, что он, в отличие от Вас, не афиширует свое армянское происхождение?

- У Филиппа смешано аж 5 кровей: армянская, еврейская, болгарская, русская и... даже итальянская. Мама его, моя покойная супруга Виктория, была еврейкой – национальность ребенка там определяется по матери… Понятно, что он не афиширует свое армянское происхождение. Но я думаю, что он много делает для армян. В частности, на «Новой волне-2010» как председатель общественного жюри он присудил первое место Вове Арзуманяну, который впоследствии получил и гран-при на детском «Евровидении-2010». А сейчас, на детской «Новой волне-2011», где выступал за Украину Андраник Алексанян, Филипп он очень обрадовался, что тот получил гран-при. И поручил мне образовать комитет по сбору средств для его лечения, на которое необходимо 500.000 евро. А.Алекасанян уже выступил и на благотворительном концерте для пожилых людей в Великом Новгороде, а губернатор области С.Г.Митин пригласил его выступить на традиционном новогоднем балу… Поймите, Филипп не любит кичиться этим. А вот я не перестаю гордиться тем, что я армянин.

- Что для Вас Армения, кстати, когда Вы в последний раз были в Армении, прикасались к истокам?

- В последний раз я там был совсем недавно. 2 сентября я впервые посетил Нагорный Карабах, где на стадионе был дан грандиозный концерт в честь 20-летия провозглашения независимости НКР. Там же состоялось и открытие памятника Нельсону Степаняну.

На концерте я исполнял песни, в т.ч. «Арарат», «Крунг» - эту песню я всегда пою на коленях, как учил дедушка, «без Арарата мы как без ноги», кроме того, дед говорил, что надо языком («бари лезвов арнинк Айастан)», т.е.дипломатически брать Армению, мирным путем, а не войнами; есть такая пословица: «Ануш лезвов оцэ дзакин к hанес», означающая «сладким словом выманишь и змеёныша».

В Карабахе и в Ереване – в русском драматическом театре – звезды кино, такие, как Виторган, Петренко, Костолевский давали спектакль про геноцид (о том, как оправдали молодого человека – армянина, убившего в Берлине турецкого дипломата).

Вообще у армян и болгар общая история: оба народа были под гнетом турков. Вообще Армения для меня много значит. Я чистокровный армянин. Неплохо говорю по-армянски. С самого юного возраста, в Варне, мы постоянно разговаривали на армянском, на этом настаивал мой дед. Армянская речь из наших уст обязательно должна была быть слышна. Мы не жили в большом многоэтажном доме. У нас был дом, вернее несколько домов во дворе (наподобие старых армянских двориков). Как только с улицы заходили во двор, болгарской речи не должно было быть слышно – все на армянском языке! Дед наш был так принципиален и строг, что если случайно слышал болгарскую речь, бил нас виноградной лозой со словами «Инч асир?» («Что сказал?»), поворачивайся... Они – взрослые – иногда между собой говорили по-турецки. Потому что мы турецкие армяне (мои родители 1908 года рождения, им было по 7 лет, когда произошел геноцид в Турции; папа родился в Бурсе, Южная Турция, а мама – в Царьграде, ныне Стамбул, а моя бабушка из Эрзрума, как она прекрасно готовила, особенно фаршированные рисом мидии, а как виртуозно вытаскивала косточки из черешни, которая оставалась целой, и делала затем варенье… а дедушка никогда не носил пальто и шапку, зимой всегда в свитере выходил на улицу, нараспашку, приходил домой, а на голове у него снег – папаха из снега, ему всегда было жарко, ведь тепло у него было внутри – биоэнергия, он занимался целительством…). Я знаю и турецкий язык, ну и, конечно же, болгарский, в школе его учил. А почему я не умею читать и писать по-армянски? Потому что армянская церковь, где преподавался и язык, находилась далеко – в центре Варны, в 250 м от фонтана. А мы жили где-то в километре от этого места. Зимой мать, конечно, не пускала нас туда. Поэтому мы учились в обычной болгарской школе. А если ты там учишься, то фамилия твоя не должна была оканчиваться на «-ян». Вскоре наша фамилия Киркорян превратилась в Киркорова.

- Как и Петрос – в Бедроса?

- Если Вы поедете в Эчмиадзин, то заметите, что имена святых апостолов Погоса и Петроса написаны через букву «б» - «Богос» и «Бедрос». В какой-то момент болгарская азбука претерпела изменения, например, Петросян стал Бедросяном и т.д.

- На одном из концертов Вы сказали, что Вы, как и Ваш дед были сапожником, да?

- Мой отец и дед были сапожниками, причем, дедушка был единственный, кто делал уникальные ботинки-пинетки для новорожденных детей, когда еще не сформирована левая или правая ступня. Колодки деревянные. Эти туфельки были двух цветов – розового (для девочек) с розовым бантиком и голубого (для мальчиков) с синим бантиком. Дед был единственный в Варне, который делал это. Эта деревянная сапожка у меня в Варне осталась на память, она у сестры сейчас, это уже музейная ценность.

У деда было 3 дочери и 2 сына, но одного из них не стало во время первой мировой войны – от газовой лампы, которую неудачно зажгли, тот сильно обгорел и умер.

Вообще дедушка умел и писать, и читать по-армянски, много языков знал. Он объехал весь Египет, Индию, Пакистан, потому что в молодости не хотел оставаться в Турции, он не хотел сидеть в Турции и объехал весь мир. Он, как я уже говорил, занимался даже народным целительством, лечил детей от энуреза, от заикания, заставлял детей четко и членораздельно произносить слова: «Ес ке-зи шат си-рум-ем», «hай-ерен шат хо-сум-ем…», дети так технически говорили и после этого заикание проходило. Он нас к врачам очень редко водил, лечил в основном травами. У нас был виноградный сад под Варной, где и собирал травы (помимо винограда). Каждые выходные он водил нас в церковь. Он был под 2 метра ростом, 180 кг, богатырь, и руки его огромные как лапа (и этими руками он умудрялся делать такую маленькую обувь, эксклюзив!).

- Теперь ясно, в кого пошел Ваш сын! Бедрос Филлипович, Вы его, наверное, назвали в честь деда – Вашего отца, стоит полагать? Чтите армянские традиции?

- Да, Вы верно заметили, у нас принято называть новорожденных детей по имени бабушек или дедушек.

- А какой вуз Вы окончили, имеете ли музыкальное образование?

- Я окончил институт имени Луначарского в Москве. Но задолго до этого я, подобно деду, освоил другую специальность – сапожника (окончил профессиональное училище по сапожному мастерству). Меня, видимо, ждало большее будущее как сапожника. Но вышло иначе. Я занимался художественной самодеятельностью в одном из армянских клубов при общине в Болгарии под названием «Ереван» (после освобождения Болгарии в 1944 году). В этом клубе была танцевальная группа, хоровая и театральная. Последняя была очень сильная. К нам приезжали Г.Нерсесян, В.Папазян и другие известные артисты из Еревана, они отдыхали Варне и репетировали в спектаклях, которые там ставились. Меня, еще совсем юного, взяли в труппу, и я играл артиста в спектакле «Мецапатив мурацканнер». Сюжет таков: богатый армянин приезжает в одну местность, и все к нему ходят попрошайничать: и церковь, и театр в лице меня – у меня с В.Папазяном был маленький диалог. Кроме того, я еще и пел в хоре, вместе с отцом, мамой, папой, братом (сестра Мари родилась намного позже, у нас с ней разница в возрасте в 12 лет, она окончила консерваторию, стала оперной певицей – примадонной Софийского оперного театра, сейчас работает в опере г.Майами). Еще когда я занимался художественной самодеятельностью, я делал концерт, посвященный освобождению Армении – это был вечер армянской песни. Я выучил около 25 армянских песен под сопровождение фортепьяно. Два года подряд шла эта программа. Помню, был концерт, приуроченный 40-летию Советской Армении. Все билеты на этот концерт были проданы, и деньги я перечислял или церкви, или организации «Ереван» (у нее не было государственных денег, она существовала лишь за счет членских взносов). Словом, я делал эти вечера, пел армянские песни. И это мне помогло. Мне было 18 лет, когда я серьезно занимался вокалом, у меня был педагог, благодаря тому, что имел отношение к обувной кооперации. В это время объявили конкурс в Варненскую оперу, я рискнул, и, заметьте, не зная нотной грамоты, поступил! Словом, не имея музыкального образования, стал профессионально заниматься музыкой, потому что у меня был хороший слух: допустим, стоило кому-то сыграть мелодию на фортепьяно, я запоминал ее и с точностью воспроизводил. Где-то спустя 4 месяца – за довольно короткий период – я выучил на итальянском языке партию Альфреда из оперы Дж.Верди «Травиата». И уже должна была состояться премьера, как… меня призывают в армию.

- И Вы пошли служить?

- В то время не было принято прятаться от армии, тем более я старший. Вот если б старше меня был брат, мне пришлось бы дожидаться его возвращения из армии, и уже потом идти самому служить. И я 30 месяцев прослужил на границе. К сведению, раньше срок службы был 36 месяцев, остальные 6 месяцев я перешел в ансамбль строительных войск; кстати, у нас два рода войск – этот, наподобие российского стройбата, и оборонительный. В строительном строили дороги, заводы, там обыкновенно служили цыгане, люди без образования, люди низшего слоя.

- И Вы оказались среди них?

- Но там был ансамбль, где я и играл (был, правда, и другой ансамбль – военный, наподобие ансамбля Александрова). Дирижером этого ансамбля был армянин Киркор Киркоров…

- Не родственник?

- Нет, однофамилец. Моя мама его знала. И она бомбила его письмами: «Два года, три года мой сын там…». Но мой командир делал вид, что ничего не знает, ничего не видит, не хотел откомандировать меня в ансамбль.

Словом, к 30-му месяцу службы я уже участвовал в художественной самодеятельности в полку, пел и играл на гитаре. И вот мы занимаем первое место на одном военном фестивале. Незадолго до этого наш командир сказал: «У меня много телеграмм, тебя хотят в ансамбль, но я не подпишу, пока мы не получим первую премию». Я ее получил, но тот все равно не подписал. Потому что я был в штабе связистом, командир меня всегда брал с собой на задания, на охоту, он меня любил и не хотел отпускать, в итоге отпустил неохотно.

- Когда же Вы оказались в Москве?

- В российскую столицу я приехал в 1962 году, благодаря композиторам А.Хачатуряну и А.Бабаджаняну. Я выступал в концертах-балах, которые давались, когда заканчивалась смена отдыхающих. Это происходило в международном доме журналистов в Варне (его построили журналисты всех социалистических стран – первое многоэтажное здание на Золотых песках). Помимо представителей прессы там отдыхали и артисты: Т.Макарова с С.Герасимовым, М.Плисецкая с Р.Щедриным, М.Жаров, Г.Уланова и многие другие.

- Какая замечательная плеяда известных музыкантов и актеров! И Вы, как говорится, оказались в нужном месте и в нужное время!

- Да-да. Стоит заметить, эти встречи организовывались армянской церковью, которую финансировали многие богатые армяне из-за рубежа (а если умирал какой-нибудь состоятельный армянин, живший когда-то в Варне, то его имущество передавалось церкви, если у него, конечно, не оставалось родных и близких). И сейчас, кстати, эта церковь также держится на этих средствах, хотя государство тоже помогает. Помню, на одной из таких встреч в ресторане я пел песню А.И.Хачатуряна «Застольная», где есть такие слова: «Айастани кармир гини» («Красное вино Армении»).

Эту же песню я вместе с хором исполнял и в 1955 году на пятом международном молодежном фестивале в Варшаве. И наш дирижер как армянин представил песню «Застольная». В хоре было 100 человек, и каждому по отдельности предстояло выучить эту песню и исполнить на фестивале. Спели эту песню, получили первую премию. Все удивлялись, как это болгарский хор поет песню на армянском языке!

- А как состоялась встреча с А.Бабаджаняном? Вы говорили, что благодаря этим композиторам Вы покорили столицу.

- На следующий год в Варну приехал Арно Бабаджанян. Он был приятно удивлен, увидев мое выступление, мол, хороший голос… А я – ему: «У меня нет музыкального образования, я даже нот не знаю». Он предложил учиться, я же, ссылаясь на возраст (мне было тогда лет 27-28), не мог и мысли допустить об учебе. Он же заверил меня, что поможет поступлению в Ереванскую консерваторию. Что и произошло спустя какое-то время. Обыкновенно в приезжали учиться дети коммунистов, но у меня была иная ситуация…

И там А.Бабаджанян попросил тогдашнего министра культуры Болгарии, который тоже там оказался, отпустить меня в Москву. Фактически это и помогло. В этот же год я подал документы, одобрили и предложили учебу в ереванской консерватории.

- А в ГИТИСе Вы учились уже после Еревана?

- Нет, до Еревана я так и не доехал. Тереза Бабаджанян, жена композитора, говорит, что ты будешь делать в Ереване? Она была концертмейстером в ГИТИСе. Но для начала давай, говорит, я тебе покажу консерваторию. Там они устроили мне прослушивание. И комиссия пришла к заключению, что мне не надо заниматься вокалом, у меня готовый поставленный голос, что мне нужна лишь стажировка. И пришлось в посольстве менять направление на стажировку в Большом театре, где преподавал Б.Покровский. На тот момент он уже там не преподавал, а вел занятия в ГИТИСе. В итоге Покровский меня принял (с учетом того, что еще не было ни разу приема иностранного гражданина), но потребовал подточить мой русский язык. Он меня принял на свой второй курс. Я был самый старый не только на курсе, но и во всем вузе, мне уже под тридцать, тогда как остальным студентам максимум лет по 18-20. Но без стипендии. Но мне из Болгарии мама ежемесячно присылала 70 рублей в качестве стипендии. Кроме того, я благодарен тогдашнему послу Мелконяну, который устроил так, что в течение полгода я получал по 30 рублей в месяц от посольства. Тереза, кроме всего прочего, устроила меня и в Москонцерт, где у меня тоже была ставка – 10р.50к. как лауреату международных конкурсов, хотя студенты имеют право получать не больше 5 рублей.. На концертах я выступал по выходным, в остальные дни у нас были занятия… Я не расставался с армянской песней. Арно Бабаджанян много написал для меня, таким образом, открыв путь к продвижению тематики русско-болгарской дружбы. Армянская тематика тоже присутствовала: я был первым исполнителем песни «Айастан» (Ашота Граши), «Звезды» (на сл.О.Туманяна). Были здесь такие песни о дружбе, как: «Подруги» («Две подруги навсегда»), «София» и др. Песни «Судьба», «Гордость», «Лучший город на земле» – часть репертуара, которая известна публике.

- А какую роль сыграл в Вашей судьбе Леонид Утесов?

- Это было намного позже. Я уже пел с оркестром Эдди Рознера в 1964 году. А в 1966-м была первая международная программа «Мелодии друзей»: в этих концертах участвовали представители соцстран. Было 4 концерта в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве и Минске. Оркестр Утесова сопровождал эту программу. Польшу представляла Анна Герман, с легкой руки которой, кстати, состоялся первый выход Филиппа на сцену – мы тогда работали с ней вместе в Петрозаводстке; и вот во время исполнения песни «Сынок» А.Герман вытащила из своего букета одну гвоздику, отдала его Филиппу, чтоб тот преподнес мне; я его сначала и не заметил, лишь улыбки зрителей, я не понял, в чем дело, вроде песня серьезная, о танкисте-освободителе, а тут улыбки… С тех пор на концертах Филипп проделывал то же самое.

- Болгария не в обиде на Вас, что Вы не остались там?

- Нет, если б они мне платили стипендию, то другое дело (в этом случае я должен был 5 лет там работать). Болгария как-то осталась в стороне (у меня нет ордена Кирилла и Мемофия, вручаеемый заслуженным деятелям культуры; такой орден получали многие певцы и артисты, получил его и А.Джигарханян…). Хотя всю жизнь я воспевал болгаро-российскую дружбу, как советовал мне Утесов. Подтверждение тому – появившаяся в 1966 году известная песня «Алеша», которую написал Э.Колмановский на стихи К.Ваншенкина (я являюсь первым исполнителем этой песни, всегда пел ее на концертах «Москонцерта» и продолжаю петь по сегодняшний день). Утесов попросил узнать количество погибших русских солдат в Польше, Румынии и т.п. Я покопался в архивах и выяснил, что в Болгарии ни один русский солдат не погиб (произошла мирная революция); некоторые в это не верят… Но это уже тема для другого разговора.

- А многие не верят в то, что в будущем году Вы отметите свое 80-летие. Как Вам удается так прекрасно выглядеть: диета ли, образ жизни…

- Диета диетой, но в душе надо быть добрым, не причинять никому зла. Если сделал зло – оно вернется к тебе непременно. Дед мой говорил: «Сделай добро и брось его в море, и оно вернется к тебе как огромная волна». И потом, надо рано вставать, вместе с восходом солнца. Мы – артисты, правда, редко выполняем эту рекомендацию. И еще. Допустим, супруги поссорились. Что нужно сделать? До полуночи обязательно помириться, чтоб утром, после пробуждения, сказать друг другу «Доброе утро!». В противном случае, если не помиритесь, утром встанете с плохим настроением, и весь день так же пройдет – я это вам как целитель говорю.

- Приходилось ли Вам лечить людей?

- Нет, я этим не занимаюсь, поскольку не умею избавляться от взятой на себя хвори чужого человека. Об этом сказала мне Ванга, когда я был у нее в Петриче, незадолго до этого упав с лошади и повредив колено, оно болело, но врачи ничего не нашли, она же порекомендовала мне бесконтактный метод воздействия своими руками по часовой стрелке, в результате колено у меня прошло. Она мне тогда еще сказала: «Излечивая человека, его болезнь заберешь себе, потому что у тебя энергия не такая отталкивающая», тогда как экстрасенсы грязь от себя убирают, растягивают пальцы, стряхивают их…

- Что ж, желаем Вам здоровья! И счастья вместе с супругой, а также дальнейших творческих успехов! Живите долго!

Кристина Сорокина, пресс-служба САР

Обсудить на форуме >>>

Loading