Кто есть кто в армянском мире

Алиханов Абрам Исаакович
(1904-1970)

Абрам Исаакович родился в марте 1904 года в Карее (не путать с Кореей!), на далекой окраине России, в семье железнодорожного машиниста. Через несколько лет семья Алихановых переехала в Тифлис (ныне Тбилиси), где поселилась в маленьком домике с крошечным двориком. В восемь лет Алиханов поступил в Тифлисское реальное училище. Началась первая мировая война. Семья Алихановых возвратилась в Армению, где, несмотря на все трудности и лишения, родители делали все возможное для того, чтобы дать образование детям. Юноша Алиханов, единственный из семьи, остался в Тифлисе и продолжал учиться, живя у своей тетки.

В 1919 году семья Алихановых бежала от преследования турок. Армянские беженцы без имущества, голодные, прикрытые тряпьем, стремились прорваться в Тифлис. С помощью друзей отца семья Алихановых получила пропуск в Тифлис и навсегда поселилась в Грузии. В 1921 году Абрам Алиханов окончил реальное училище и поступил на химической факультет Тифлисского политехнического института. Когда тяжело заболел отец, Алиханов поступил на должность кассира тифлисской мельницы, стоящей на реке Куре. Небольшой заработок несколько поддерживал семью. Несмотря на чрезмерную занятость на работе и в институте, юноша Алиханов находил время на проведение химических опытов, которыми очень увлекся. Эти опыты приводили в ужас домашних, так как грозили взрывами. Через два года, в 1923 году, Алиханов уезжает в Ленинград, поступает в Политехнический институт. Химия заброшена. Его привлекает физико-механический факультет, основанный А. Ф. Иоффе в 1923 году. Учиться очень трудно. Академик И. В. Обреимов в своих воспоминаниях пишет: "Политехнический институт не отапливался, температура в аудиториях падала. Когда уже нельзя было вести занятия, институт закрывали до теплых дней. Весной, вероятно в мае, занятия возобновились до 1 августа. Август - каникулярный. Начиная с 1 сентября в лабораториях занимались до морозов. Крыши не красили, и они начинали протекать". Начинающий физик-экспериментатор в те годы прежде всего сталкивался с недостатком материалов и приборов. Как правило, приборы были устаревшие, полученны Политехническим институтом еще до революции. В 1923 году А. Ф. Иоффе организовал Физико-технический институт в достроенном и реконструированном здании напротив Политехнического института.

Алиханов был привлечен к научной работе в Физико-техническом институте в 1927 году, когда был еще студентом. Существовавший уже четыре года институт занимался главным образом проблемами физики твердого тела и рентгено-структурного анализа кристаллов. Уже в первой работе Алиханов проявил себя экспериментатором, способным подмечать тонкости, составляющие суть поставленной задачи, и делать правильные заключения. Первые работы Алиханов выполнил в рентгеновской лаборатории. Он исследовал различные кристаллические структуры рентгеновскими лучами. Установка была довольно примитивной.

В 1930 году в Ленинград приехал молодой выпускник Минского университета (впоследствии академик) Лев Арцимович. Алиханов и его младший брат Артем Алиханьян, также уже работавший в физико-техническом институте, очень подружились с новичком. Многие годы в дальнейшем все они работали вместе. Алиханов и Арцимович сделали вдвоем первую работу в области оптики рентгеновских лучей. Из серии работ на эту тему особо отмечается исследование полного внутреннего отражения рентгеновских лучей от тонких слоев различных веществ. Сложными опытами молодые экспериментаторы непосредственно доказали применимость классической оптики Френеля и Максвелла к явлениям отражения жестких рентгеновских лучей от прозрачных и поглощающих сред. Это явление, изученное более 40 лет назад, в последние годы привлекает внимание многих астрофизиков. Работы Алиханова и Арцнмовича помогли создать некоторые основные представления оптики рентгеновских лучей. Оптические константы, полученные учеными в начале 30-х годов, оказались очень нужными при создании современных рентгеновских телескопов. Они также сыграли важную роль в разработке методики для изучения фундаментальных вопросов биофизики, структур огромных молекул белков.

Здесь уместно заметить, что Алиханов всю жизнь интересовался вопросами биофизики и использования физических методов в борьбе с заболеваниями, в частности со злокачественными опухолями. В этом вопросе он был единодушен с Фредериком Жолио-Кюри, с которым встречался и был дружен. Первые шаги по лечению опухолей путем облучения были предприняты Алихановым и его сотрудниками, когда руководитель теоретического отдела Института теоретической и экспериментальной физики академик И. Я. Померанчук заболел раком пищевода.

30-е годы - начало эры великих открытий в ядерной физике. Открытия нейтрона и позитрона очень заинтересовали физиков всего мира. Об открытии искусственной радиоактивности говорили супруги Жолио-Кюри в Ленинграде.

Алиханов, переключившись на ядерную физику, начал с того, что разработал методы исследования энергетических спектров позитронов. Он усовершенствовал классический магнитный спектрометр и соединил его с системой газоразрядных счетчиков, работающих на совпадения. Это позволило Алиханову наблюдать возникновение позитронов и измерять их энергетический спектр при малой интенсивности потока частиц на фоне мощного гамма-излучения радиоактивных источников. Современная теория образования позитронно-электронных пар гамма-лучами содержит в качестве основного экспериментального материала результаты, полученные Алихановым.

В 1934 году он открыл новое явление - испускание позитронов тяжелыми радиоактивными ядрами, происходящее в результате внутренней конверсии энергии возбужденных ядер. Эта позитронная конверсия подтверждала релятивистскую квантовую механику Дирака. До 1937 года интересы самого Алиханова и сотрудников его лаборатории были в основном связаны с проблемами релятивистской квантовой механики. Другой актуальной темой в то время были космические лучи. Мощных ускорителей еще не существовало. Космические лучи были единственным источником частиц высоких энергий, и под руководством Алиханова в 1941 году готовилась высокогорная экспедиция на Памир, где намечалось изучать потоки космических лучей. Алиханов поставил опыты, которые должны были доказать существование "призрачных" частиц - нейтрино. Начавшаяся Великая Отечественная война помешала продолжению опытов и на один год отодвинула столь тщательно подготовленную высокогорную экспедицию. Она состоялась лишь в 1942 году. Вместо Памира решено было отправиться на гору Арагац в Армении.

Небольшая группа физиков, в числе которых были А. И. Алиханов, А. И. Алиханьян и И. Я. Померанчук, отправилась на речном пароходе из Казани, где в то время находился эвакуированный Физико-технический институт, до Астрахани. Здесь она пересела на морской пароход, идущий в Баку. Из Баку надо было ехать по железной дороге до Еревана. Эта поездка в обстановке первого года войны, когда эвакуировалось множество заводов и учреждений, оказалась очень сложной. Участники экспедиции сами занимались упаковкой и погрузкой аппаратуры.

Приезд Алиханова с группой высококвалифицированных физиков послужил толчком в активизации физической науки и преподавания ее в Армении. И. Я. Померанчук, который не был задействован в первой фазе исследований, прочитал несколько лекций. На Арагаце на высоте 3200 метров экспедиции предстояло исследовать состав космических лучей. В конце лета 1941 года на Арагац поднялся И. Я. Померанчук. Он участвовал в обсуждении первых "горячих" результатов измерений, полученных экспериментаторами.

Особо сложной была подготовка к опытам под водой. Аппаратуру для этих опытов физики опробовали в Ереване в подвале знаменитого хранилища вин на шестидесятиметровой глубине и в одной из пещер Амбердского ущелья. Теперь эту аппаратуру, поднятую на вершину Арагаца, предстояло опустить в глубину высокогорного озера Карагел с плота особой конструкции. Алиханов спешил. Программа намеченных им исследований была обширна, а высокогорное лето - коротким. Исключительное значение он придавал опытам под водой, где отсутствовал фон радиоактивности. Плот со сноровкой бывалых мастеров-плотников сооружали работники метеостанции на Арагаце. Участник экспедиции Л. М. Неменов готовил для установки на плоту ионизационную камеру со свинцовым фильтром. Абрам Исаакович с братом готовили к погружению счетчики. Вся эта работа, требовавшая от всех огромного труда, благополучно завершилась, и в одно прекрасное утро "...от пологого берега озера отчалило странное сооружение, издали напоминавшее плавучий колодец с воротом и привязанным к веревке "ведром" необычной формы, - в это "антиведро" на глубине озера вода не проникла и не могла залить спрятанные там приборы, доступные лишь космическим лучам".

В результате первой экспедиции на Арагац группа Алиханова обнаружила в космических лучах протоны сравнительно небольших энергий. Летом 1942 года в Москве состоялось закрытое совещание ученых. На нем присутствовали наряду с официальными лицами физики А. Ф. Иоффе и П. Л. Капица, геолог В. И. Вернадский и радиохимик В. Г. Хлопин. Никто из этих выдающихся ученых ранее не занимался атомными исследованиями. Между тем на совещании шел разговор именно об этом. Советское правительство получило информацию о том, что в Германии и США в сверхсекретной обстановке ведутся срочные работы по созданию нового сверхмощного атомного оружия. У нас подобных работ не проводилось.

Некоторый опыт атомных исследований был в Ленинградском физико-техническом институте. Еще в 1930 году академик А. Ф. Иоффе предложил нескольким своим сотрудникам заняться ядерной физикой, только начавшей тогда развиваться во многих странах. Видимо, А. Ф. Иоффе уже ясно представлял себе перспективность этой новой области. С ней он имел возможность познакомиться во время своих посещений Мари Кюри в Институте радия в Париже и Эрнеста Резерфорда в Кевендишской лаборатории в Кембридже. В 1933 году А. Ф. Иоффе пригласил в Ленинград нобелевских лауреатов, молодых французских ученых Ирэн и Фредерика Жолио-Кюри, воспользовавшись, таким образом, возможностью познакомить своих сотрудников с тем, что делается в других странах в изучении физики атомного ядра.

Молодой сотрудник института Абрам Исаакович Алиханов увлекся новой областью физики, и она стала делом всей его жизни. Поздней осенью 1942 года Алиханов приехал в Москву вместе с И. В. Курчатовым, вскоре назначенным Государственным комитетом обороны научным руководителем "урановой проблемы". Курчатову были даны широкие полномочия в выборе людей, большие средства и организационные права. А. И. Алиханов, И. К. Кикоин, Я. Б. Зельдович и Г. Н. Флеров - первая группа ученых, которые начали работу с Курчатовым над проблемами, связанными с использованием атомной энергии.

Сразу же после первых организационных шагов начались работы по изучению атомного ядра. Сначала они велись в помещении Сейсмологического института в Пыжевском переулке.

В первые годы войны Алиханов близко познакомился с академиком П. Л. Капицей. Через несколько месяцев после вызова Алиханова из Еревана в Москву Капица и руководимый им Институт физических проблем АН СССР летом 1943 года вернулись из эвакуации. Узнав, что Алиханов изучает космические лучи на горе Арагац, Капица предложил вести работы по подготовке очередных летних высокогорных экспедиций у него в институте на Воробьевском шоссе. Алиханов принял это предложение. Еще в апреле Алиханов и его ближайшие сотрудники А. И. Алиханьян и С. Я. Никитин начали подготовку к новой экспедиции на Арагац, намеченной на 1943 год.

Осенью Алиханов решает сделать основным местом своей работы Институт физических проблем. Однако вплоть до конца 1944 года группа Алиханова работала в этом институте на правах гостей. После окончания экспедиции 1943 года обработка полученных данных проводилась с участием академика Л. Д. Ландау, который заведовал теоретическим отделом Института физических проблем. Известная теоретическая работа Ландау о флуктуации потерь энергии была интерпретацией данных о ионизации, производимой быстрыми заряженными частицами, наблюдавшимися участниками Арагацкой экспедиции. Сотрудничество с Ландау, которое быстро перешло в глубокую дружбу, еще более укрепило желание Алиханова продолжать работу в Институте физических проблем. Алиханова привлекала мысль о возможности повседневного научного общения с Ландау и совместной с ним работы.

После возвращения из Армении группа Алиханова официально перешла в штат Института физических проблем. Капица считал очень важными исследования, проводимые этой группой в высокогорных экспедициях, уделяя ей много внимания и всячески помогая в работе. В частности, Капица помогал Алиханову конструировать постоянный магнит большого магнитного спектрографа и участвовал в сборке этого прибора.

Летом в год окончания войны Алиханов не смог принять участия в экспедиции на Арагац, хотя лично участвовал в ее подготовке в стенах Института физических проблем. Дело в том, что в это лето, когда все советские люди праздновали долгожданную победу над фашизмом, правительство значительно расширило работы по "атомной проблеме". Алиханову было предложено организовать так называемую "Лабораторию N_3", впоследствии переименованную в Институт теоретической и экспериментальной физики.

Одной из главных задач "Лаборатории N_3" было развитие реакторостроения на основе замедления нейтронов тяжелой водой. Реакторы с графитовыми замедлителями строились "Лабораторией N_2" под общим руководством И. В. Курчатова. Алиханов на протяжении почти 25 лет руководил созданным им крупным научно-исследовательским центром.

Алиханов организовал в "Лаборатории N_3" три большие группы: теоретическую, экспериментальную и инженерную. Он первый создал при физическом институте обширную инженерно-конструкторскую группу, которая обладала определенной автономией. О том, что Алиханов придавал большое значение теоретическим работам в области атомной энергии, говорило привлечение в "Лабораторию N_3" блестящих физиков-теоретиков. Руководил этим отделом академик И. Я. Померанчук, много лет сотрудничал в нем академик Л. Д. Ландау.

Профессор С. Я. Никитин вспоминает, что первоначальный замысел Алиханова предусматривал создание семи лабораторий экспериментальной физики. Одна из лабораторий предназначалась для работ самого Алиханова. Другими руководили видные ученые, имена которых хорошо известны в научных кругах нашей страны и за ее пределами. Это были: А. И. Алиханьян, В. В. Владимирский, М. О. Корнфельд, А. И. Лейпунский, В. В. Мигулин, С. Я. Никитин. Одна лаборатория (А. И. Алиханьяна) должна была заниматься изучением космических лучей, другая (В. В. Мигулина) - строительством ускорителя-циклотрона. Цели всех остальных лабораторий - экспериментальная физика ядерных реакторов и сооружение тяжеловодного реактора.

Алиханов был убежденным сторонником развития реакторостроения с тяжеловодными замедлителями нейтронов. Как блестящий физик-экспериментатор, он всегда находил правильные физические, а также инженерные решения многих проблем, стоящих на пути реакторостроения. Создание первого в стране тяжеловодного исследовательского реактора является главным образом заслугой самого Алиханова, который в те годы целиком посвятил себя этой работе, и как утверждают его сотрудники, круглосуточно занимался этим делом, почти пренебрегая отдыхом.

За выдающиеся заслуги в области реакторостроения Алиханову в 1954 году было присвоено звание Героя Социалистического Труда и присуждена Государственная премия первой степени.

Первый исследовательский реактор был сооружен под руководством Алиханова в 1949 году в рекордно короткий срок. Этот срок - меньше двух лет - специалисты считают минимально коротким даже по теперешним понятиям. Первый аналогичный реактор незадолго до этого был сооружен под руководством Фредерика Жолио-Кюри во французском военном форте в Шатийоне. Накануне пуска реактора - 19 апреля 1949 года - Алиханов предложил произвести пуск реактора ночью, чтобы избежать ненужной суеты. Всех физиков, которым предстояло участвовать в пуске, а также технический персонал реактора отпустили по домам. Большинство из них не подозревали, что ночью их вызовут в институт.

Поздно вечером все нужные люди были срочно вызваны и приступили к подготовке реактора. В четыре часа утра реактор достиг критического уровня. Сложная установка заработала. Не порывая с реакторостроением, где он проявил себя одновременно и как выдающийся экспериментатор и как специалист по инженерно-физическим проблемам использования атомной энергии, Алиханов приступил к работе в новой области физики - к проблеме получения частиц очень высоких энергий с помощью ускорителей.

Начиная с 1952 года, Алиханов с огромной настойчивостью, преодолевая все препятствия и помехи, непонимание, различные формальные проволочки и т. д., "пробивал" свое предложение о строительстве в СССР ускорителей высоких энергий, работающих по принципу "жесткой фокусировки". Первый такой ускоритель на энергию 7 ГэВ был построен в 1961 году под руководством А. И. Алиханова и С. С. Владимирского.

Примерно в то же время началось сооружение гигантского ускорителя, теперь уже много лет хорошо знакомого физикам всего мира. Это Серпуховский ускоритель протонов на энергию 70 ГэВ. Ко времени запуска в октябре 1967 года он был крупнейшим в мире. Грандиозный Серпуховский протонный ускоритель был апофеозом работ Алиханова по созданию замечательных современных средств физического эксперимента в области частиц высоких энергий.

Алиханов все годы был очень загружен работой. Физика и институт были его жизнью, работа - самым интересным и увлекательным занятием. Но и во время отдыха его энергия и живость характера проявлялись не в меньшей мере. Веселье, жизнелюбие, гостеприимство хозяина сделали дачу Алихановых под Звенигородом любимым местом встреч друзей дома. На традиционные шашлыки собирались по воскресеньям Ландау, Арцимович, приезжали Тамм, П. Л. Капица, Курчатов. Алиханова связывала дружба со многими зарубежными физиками. Приезжая в Москву, они с удовольствием бывали в его доме и на даче, совмещая научные беседы с отдыхом и участием в веселом ритуале приготовления шашлыков. Абрам Исаакович относился к этой процедуре с шутливой серьезностью, как к некоему эксперименту. Однако результат этого эксперимента всегда был известен: шашлыки получались превосходные.

Надо сказать, что традиционное представление о выдающемся ученом как о человеке, замкнутом в своих узкопрофессиональных интересах, вообще очень редко соответствующее действительности, совершенно не подходит Алиханову. Все, кто знал Абрама Исааковича, говорят о нем как о жизнерадостном, веселом человеке, любителе шуток, путешественнике, страстном поклоннике истории и археологии. Он рассказывал, что когда-то мечтой его была история, он хотел стать археологом, исследователем древностей.

Тонкое понимание искусства было присуще Абраму Исааковичу с молодости. Еще во время работы на Арагаце он познакомился и на всю жизнь подружился с великим армянским художником Мартиросом Сарьяном. Бывая в Армении, Алиханов встречался со многими представителями армянской творческой интеллигенции, в частности, был хорошо знаком с выдающимся поэтом Аветиком Исаакяном. В 1964 году Абрам Исаакович Алиханов, этот удивительно энергичный, жизнерадостный человек, любитель спорта, был внезапно сражен тяжелейшей болезнью. Немного оправившись от удара, Алиханов продолжал работу. Он не хотел сдаваться, но прошло несколько лет - и удар повторился. После выздоровления Алиханову уже пришлось научиться писать левой рукой - правая не действовала. Третий удар был критическим - 8 декабря 1970 года в возрасте 66 лет Абрам Исаакович скончался.

Loading